Форум главная страница
 
 
Карел Чапек
ДФШЕНЬКА ИЛИ ИСТОРИЯ ЩЕНЯЧЬЕЙ ЖИЗНИ

Когда она родилась, была это просто-напросто бе-л-енькая чепуховинка, умещавшаяся на ладошке, но, поскольку у неё имелась пара чёрненьких ушек, а сзади хвостик, мы признали её собачкой, и так как мы обязательно хотели щенёнка-девочку, то и дали ей имя Дашенька.

Но пока она так и оставалась беленькой чепуховинкой, даже без глаз, а что касается ног - ну что ж, виднелись там две пары чего-то; при желании это можно было назвать ножками.

Так как желание имелось, были, стало быть, и ножки, хотя пользы от них пока что было немного, что там говорить! Стоять на них Дашенька не могла, такие они были шаткие и слабенькие, а насчёт ходьбы и думать не приходилось.

Когда Дашенька взяла, как говорится, ноги в руки (по правде сказать, конечно, ног в руки она не брала, а только засучила рукава, - вернее, она и рукавов не засучивала, а просто, как говорят, поплевала на ладони. Поймите меня правильно: она и на ладони не плевала, во-первых, потому, что ещё не умела плевать, а во-вторых, ладошки у неё были такие малюсенькие, что ей ни за что бы в них не попасть), - словом, когда Дашенька как следует взялась за это дело, сумела она за полдня дотащиться от маминой задней ноги к маминой передней ноге; при этом она по дороге три раза поела и два раза поспала.

Спать и есть она умела сразу, как родилась, этому её учить не приходилось. Зато и занималась она этим удивительно старательно - с утра до ночи. Я даже думаю, что и ночью, когда никто за ней не наблюдал, она спала так же добросовестно, как и днём, такой это был прилежный щенок.

Кроме того, она умела пищать, но как щенок пищит, этого я вам нарисовать не сумею, не сумею и изобразить, потому что у меня недостаточно тонкий голос. Ещё умела Дашенька с самого рождения чмокать, когда она сосала молочко у мамы. А больше ничего.

Как видите, не так-то много она умела. Но её маме (зовут её Ирис, она жесткошёрстный фокстерьер) и того было довольно: весь день напролёт она всё нянчилась со своей дорогой Дашенькой и находила, о чём с ней беседовать, причёсывала её и гладила, утешала и кормила, ласкала и охраняла и подкладывала ей вместо перины собственное мохнатое тело; то-то славно там, милые, Дашеньке спалось!

К вашему сведению, это и называется материнской любовью. И у человеческих мам всё бывает, так же-сами, конечно, знаете. Одна разница: человеческая мама хорошо понимает, что и почему она делает, а собачья мама не понимает, а только чувствует-ей всё природа подсказывает.

«Эй, Ирис, - приказывает ей голос природы, - внимание! Пока ваш малыш слепой и беспомощный, пока он не умеет сам ни защищаться, ни прятаться, ни позвать на помощь, не смейте от него ни на секунду отлучаться, я вам это говорю! Охраняйте его, прикрывайте своим телом, а если приближается кто-то подозрительный, тогда «ррр» на него и загрызите!»

Ирис всё это выполняла страшно пунктуально. Когда приблизился к её Дашеньке один подозрительный адвокат, она кинулась, чтобы его загрызть, и разорвала ему брюки; когда подошёл один писатель (помнится, Йозеф Копта), хотела его тоже задушить и укусила за ногу; а одной даме изорвала всё платье.

Более того, кидалась она и на официальных лиц при исполнении ими служебных обязанностей, как-то: на почтальона, трубочиста, электромонтёра и газопроводчика. Сверх того, покушалась она и на общественных деятелей-бросилась на одного депутата; было у неё недоразумение даже с полицейским; словом, благодаря своей бдительности и неустрашимости она сохранила своё единственное чадушко от всех врагов, бед и напастей.

У собачьей мамы, дорогие мои, жизнь нелёгкая: людей на свете много и всех не перекусаешь.
В тот день, когда Дашенька отпраздновала десятидневную годовщину своей жизни, ожидало её первое большое приключение. Проснувшись поутру, она, к своему удивлению, обнаружила, что видит,-правда, пока только одним глазом, но и один глаз это тоже, я бы так выразился, выход в свет.

Дашенька была так потрясена, что завизжала, и этот визг был началом собачьей речи, которую называют лаем. Теперь Дашенька умеет не только говорить, но и ворчать и браниться, но тогда она только взвизгнула, и это прозвучало так, словно нож скользнул по тарелке.

Главным событием был, впрочем, конечно, глаз. До сих пор Дашеньке приходилось искать прямо мордашкой, где у мамы те славные пуговки, из которых брызжет молочко; а когда она пробовала ползать, приходилось ей сначала совать свой чёрный и блестя-щий нос, чтобы пощупать, что там, впереди... Да, братцы, глаз - хотя бы и один - замечательная штука! Только мигнёшь им-и видишь: ага, тут стена, тут какая-то пропасть, а вот это белое-мама! А когда захочешь спать, глазок закрывается-и спокойной ночи, не поминайте лихом! А что, если опять проснуться? Открывается один глаз-и, глядите-ка, открывается и второй, немного щурится, а потом выглядывает целиком. И с этой минуты Дашенька смотрит и спит двумя глазами сразу, так что она скорее успевает выспаться и может больше времени тратить на обучение ходьбе, сидению и разным прочим разностям, необходимым в жизни. Да, что ни говори, это большой прогресс!

Как раз в этот момент вновь послышался голос природы:

«Ну, Дашенька, раз у тебя теперь есть глазки, смотри в оба и попробуй ходить!»

Дашенька подняла ушко в знак того, что слышит и понимает, и стала пробовать ходить. Сначала она высунула вперёд правую переднюю ножку... А теперь как же? «Теперь левую заднюю», - подсказывал ей голос природы. Ура, и это вышло! «А теперь давай вторую, заднюю, - посоветовал голос природы, - да заднюю, говорят тебе, заднюю, а не переднюю! Ах ты, глупая Дашенька, ты же одну ножку сзади оставила! Постой, дальше идти нельзя, пока ты её не подтянешь. Да говорю тебе-подтяни ты правую заднюю под себя!.. Да нет, это хвостик, на хвостике далеко не уйдёшь! Запомни, Дашенька: о хвостике можешь не беспокоиться, он сам собой пойдёт за ножками... Ну что, все лапки собрала? Отлично! А теперь сначала: выдвигай правую переднюю, так, голову немного повыше, чтобы оставить; место для ножек... так, хорошо; теперь левую заднюю, а теперь правую заднюю (только не так далеко в сторону, Дашенька); двигай её под себя, чтобы животик не волочился по земле... вот так. А теперь шагай левой передней... Прекрасно! Вот видишь, как хорошо дело идёт!.. Теперь минутку отдохни и начинай сначала: одна - две - три - четыре; голову выше; одна - две - три - четыре!».



 
Другие интересные ресурсы
 
Статьи различных тематик
 
 
поиск по сайту
 
© 2000-2017 by Oksana&Alexandr Lubenets
программирование - студия дизайна ICOM
 

 
 
Яндекс.Метрика